Что такое "отходы первого класса опасности" и как они влияют на каждого из нас
Воздушный яд в Кыргызстане начинает выделяться не только в топках старых печей и выхлопных трубах, но и там, где заканчивается путь любого мусора, – на свалках и переполненных полигонах, которые не справляются с растущими объемами отходов. Каждый пакет, шприц, пластиковая бутылка и просроченный препарат, выброшенные "куда‑нибудь", становятся частью медленно тлеющего очага загрязнения, который годами отдает в воздух, воду и почву то, что потом возвращается к людям болезнями.
Официальная статистика за 2023 год сообщает, что в Кыргызстане не зарегистрировано отходов первого класса опасности – тех самых, которые считаются чрезвычайно опасными и наносят необратимый вред человеку и экосистемам. На бумаге это выглядит утешительно, но на практике означает, скорее, пробел в учете, а не реальное отсутствие ртути, батареек или части медицинских отходов, которые попадают в общий поток мусора и теряются среди бытовых отходов. При этом по отходам второго класса опасности, которые также требуют особой утилизации и способны накапливаться в природе, особое внимание заслуживают Чуйская и Иссык‑Кульская области, где такие вещества постепенно оседают в почве и воде, оставаясь невидимыми для горожан.
Чем больше людей болеют из‑за грязного воздуха, тем выше нагрузка на систему здравоохранения – и тем больше медицинских отходов она производит. Палаты, кабинеты и операционные ежедневно генерируют тонны одноразовых масок, перчаток, упаковок, шприцев, флаконов и фармацевтических остатков, которые должны проходить путь безопасного сбора, хранения, обеззараживания и только потом – утилизации. На практике часть этих отходов оказывается в том же потоке, что и бытовой мусор, теряя свой статус "опасных" по пути от медицинского учреждения до свалки, хотя их химический и биологический след никуда не исчезает.
История одной свалки в Оше наглядно показывает, как выглядит провал системы утилизации отходов. В городе есть всего один мусорный полигон, которого уже не хватает для растущего населения и увеличивающегося объема мусора. Открыть новый полигон – значит не просто найти свободную землю, но и заложить средства на инженерные решения, защитные экраны, системы сбора газа, а также на рекультивацию старой свалки, которая сама по себе представляет опасный объект. Пока эти решения остаются на уровне планов и обсуждений, рядом с действующей свалкой каждый день стоят женщины в масках, вручную перебирающие отходы - бумагу, пластик, металл.
Именно об этой человеческой стороне проблемы говорит Гульгакы Мамасалиева, директор "Интербилим‑Ош", много лет занимающаяся вопросами экологической справедливости. Она отмечает: "В Оше всего один мусорный полигон (свалка), и ее уже не хватает – город растет. Открыть новую свалку с большей территорией и новыми инновационными технологиями непросто: нужны большие деньги, не только для нового мусорного полигона, но и для захоронения старого. А пока рядом с существующей свалкой женщины в масках вручную сортируют мусор – бумагу, пластик, металл. Им платят мало, а вред для здоровья, я уверена, огромный". В ее словах – концентрат того, что обычно прячут в технических терминах: за отсутствием инфраструктуры всегда стоят конкретные люди, чьи легкие и руки становятся частью "системы обращения с отходами".
В Бишкеке проблема утилизации отходов выходит за рамки городских границ. Свалка, которая долгие годы тлела и периодически горела, превращалась в гигантскую открытую печь для сжигания всего подряд – от органики до пластика и медицинских материалов, оказавшихся в общем потоке. Дым от таких возгораний поднимается в воздух, затем оседает в легких жителей столицы и уходит дальше, к пригородам и в сторону соседнего Казахстана, превращая местную проблему обращения с отходами в трансграничную. В эти моменты становится особенно очевидно, что отсутствие системной утилизации отходов – это не вопрос "эстетики" и неприятных запахов, а прямой источник того самого смога, который делает большие города Кыргызстана небезопасными для дыхания.
Замкнутый круг выглядит так: грязный воздух вызывает болезни, болезни увеличивают объем медицинских услуг, медицинские услуги генерируют опасные отходы, а неэффективная система утилизации отправляет значительную часть этого потока обратно на свалки, где мусор тлеет и горит, снова отравляя воздух. Разорвать этот круг можно только тогда, когда утилизация отходов перестает быть "последним шагом" и становится центральной частью политики защиты здоровья и прав людей. Это означает точный учет опасных отходов, развитие инфраструктуры для их безопасного обезвреживания, отказ от практики неконтролируемого сжигания мусора, внедрение раздельного сбора и переработки, а также реальную защиту тех, кто сегодня за копейки делает работу системы – сортирует отходы на свалках, вдыхая тот самый воздух, от которого остальные пытаются спрятаться за масками и закрытыми окнами.
Материал подготовила доцент кафедры массовых коммуникаций АУЦА Жылдыз Куватова.
