Женщины в МВД. Как они могут снизить уровень насилия? Интервью с Эльвирой Сурабалдиевой
KG

Женщины в МВД. Как они могут снизить уровень насилия? Интервью с Эльвирой Сурабалдиевой

Все самое интересное в Telegram

В студии Kaktus.media обсуждаем тему представленности женщин в правоохранительных органах и почему это важно. Говорим об этом с депутатом Жогорку Кенеша Эльвирой Сурабалдиевой.

- Почему необходимо продвигать женщин в Кыргызстане? Ведь у нас уже заявлены равные права.

- В законе о равных гарантиях, равных правах и возможностях для мужчин и женщин прописано, что в государственных структурах должна быть представленность не менее 30% одного пола. Но это только формально. На деле все не так. Яркий пример - парламент.

Что касается органов МВД. Мы все понимаем, что эта работа сопряжена с большими сложностями. И прежде всего это ненормированный график. У нас же женщина должна распределять время между работой и семьей.

Я девятый год в парламенте, и все эти девять лет ко мне обращаются, как мужчины, так и женщины, по различным ситуациям насилия по отношению к ним, к детям, по отношению к женщинам. Количество, к сожалению, не уменьшается. С чем это связано, сложно объяснить. То ли агрессии стало больше, то ли это ковид на нас так повлиял, то ли мы стали открыто об этом говорить...

И вот женщины в регионах просят, чтобы их слушали женщины-следователи. Вот как-то мне одна женщина сказала: "В нашем маленьком селе все друг другу кем-то приходятся. Одноклассники, знакомые, родственники, кудалар. А женщина зачастую выходит замуж в другую область, в другой район, в другую часть страны вообще. И в этом селе я не своя. И если происходит какой-то инцидент, то мужчина-следователь говорит, что, мол, ничего страшного".

Послушав, мы стали работать в этом направлении, исследовать. И, действительно, женщины, пострадавшие от насилия, хотят, чтобы с ними работали следователи-женщины.

- Есть какая-то статистика по представленности женщин в правоохранительных органах?

- Она очень низкая. Вернее, как и на любой другой государственной службе, женщин немало. Но все - на технических специальностях. Но если говорить о карьерном росте, то очень маленький процент женщин на руководящих должностях. Мы это видим даже по кабмину.

- Вы озвучили очень четкую цифру, что представленность женщины в правоохранительных органах должна быть не менее 50%. Не слишком ли большая цифра?

- Согласно закону, не более 70% одного пола должно быть. То есть получается, что другого пола должно быть 30%.

И вот если мы закрепим 50%, то число женщин, которые будут работать с потерпевшими, которые будут принимать решение, то их будет в районе 20%. А остальные будут техническим персоналом.

- Подобными изменениями мы должны выполнять какие-то международные обязательства? Как это регулируется в международной практике?

- Практически каждый раз, когда мы говорим о гендере, я все время напоминаю как руководству нашей страны, так и руководителям наших ведомств, что есть международные обязательства. Мы берем очень-очень много кредитов и грантов. И во всем цивилизованном обществе всегда есть критерии оценки деятельности государства, есть стандарты. И гендерное равенство идет номером один. Создаются ли равные права? Есть ли возможности для карьерного роста и развития женщин? Одинаковое ли отношение к мужчинам и женщинам в этой стране? И по этим критериям мы хромаем.

А международные стандарты четко прописывают равные права и возможности. Да, Кыргызской Республике всего 30 лет. Возможно, у нас маленький пока опыт. Во всех развитых государствах много-много лет это все уже есть. Есть фундамент. Но гендерное равенство - это база, на которой должно строиться современное светское демократическое общество.

- Что говорят ваши коллеги-мужчины по поводу вашей инициативы о квоте для женщин в МВД и вообще о ситуации с гендером? Они считают, что все хорошо, или действительно надо что-то менять?

- У нас был выездной семинар. Прграмма "ООН-женщины" пригласили женщин-депутатов. И туда приехали двое наших коллег-мужчин, которые сами изъявили желание. В парламенте все-таки есть гендерно-активные мужчины. Более того, я вижу, что больше и больше коллег-мужчин поддерживают гендерную повестку.

Во-первых, мы, как политики, понимаем, что 51% голосующих в этой стране – это женщины. Они более политически ответственные, социально ответственные.

И они действительно отдают голоса за работающих политиков. Поэтому, мне кажется, депутаты на это обращают внимание.

Потом у них у всех есть жены, дочери. И все они понимают, что мир меняется, что гендерное равенство – абсолютная норма. И в кулуарах они все поддерживают, что это, да, правильный ориентир, надо поддерживать женщин.

- Какие законодательные изменения понадобятся, чтобы переломить эту ситуацию в правоохранительных органах, в органах судебного департамента, возможно, повлиять на другие сферы?

- Кыргызская Республика одной из первых на постсоветском пространстве,

по крайней мере в Центрально-Азиатском регионе, приняла закон о равных правах и возможностях. У нас уже есть замечательные законы. И просто эти законы должны исполняться.

У Жогорку Кенеша, помимо законотворческой законодательной функции, есть еще и контрольная функция. К сожалению, на мой взгляд, эта функция не всегда работает.

- Почему контрольная функция игнорируется? Почему не проверяется, насколько эффективно работает закон? Что необходимо сделать с этой точки зрения в части гендерной системы?

- Я буду говорить из своей практики. Нас немножко потеснили в возможностях. Поэтому нам остаются микрофон, трибуна. И парламент, по крайней мере, женщины нашего парламента, очень активно озвучивают вопросы гендерной повестки.

Вот лично я направила запросы в МВД, ГКНБ, Генеральную прокуратуру и СИН о представленности женщин. Я именно хочу структурно посмотреть, где женщины есть, как они растут, кто доходит до ответственных руководящих позиций.

- Ранее вы сказали, что, к сожалению, правоохранительные органы не очень чувствительны в вопросах семейного насилия. Что можно сделать, чтобы они стали более чувствительны и нетерпимы к вопросам семейного насилия в отношении женщин и детей?

- В решение этого вопроса самый большой вклад вносят СМИ нашей республики.

Помните село Андарак на границе Кыргызстана с Таджикистаном? Где за один год 11 женщин покончили с жизнью. "Азаттык" тогда сделал подробный репортаж, который, я думаю, шокировал всю страну. И только вот такие громкие скандалы, к сожалению, заставляют госмашину разворачиваться и активнее работать в этом направлении.

И сейчас уже даже глава Госкомитета по национальной безопасности и спикер парламента заявили, что им можно теперь жаловаться. То есть меня радует, что с высокой трибуны об этом уже стали говорить. О том, что это ненормально - насилие.

- Еще один очень актуальный вопрос, который вы также поднимали в парламенте - невыплата алиментов. Судебные приставы должны взыскивать эти средства. Вы также сказали, что и среди них должно быть больше женщин.

- Я снова исхожу из обращений граждан в мой адрес. Например, один кейс. У женщины бывший муж игнорирует решение суда с помощью человека, с которым у него, видимо, какие-то свои взаимоотношения. И вот эта обратившаяся сказала: "Вот если бы женщина была судебным исполнителем, то она бы меня поняла".

Другая женщина говорила о коррупции. Она просто плакала мне в трубку и говорила, что хотела бы, чтобы ее выслушала женщина. Вот буквально ее фраза: "Если бы там была женщина, может быть, она бы не позволила так надо мной издеваться".

- Как снизить уровень семейного насилия в Кыргызстане? Какие инструменты у нас есть и каких не хватает?

- Мы пытаемся сейчас развернуть государственную машину, силовые органы в пользу разрешения конфликтов. Я обратилась с трибуны к нашему новому муфтию, попросила, когда идут пятничные намазы, говорить с мужчинами о недопустимости насилия. У нас ведь родственники зачастую не вмешиваются, если идет избиение женщин.

Я всегда говорю - и с депутатской трибуны - что ответственность родственников тоже есть. Законодательно привлечь их невозможно, да, но родственники, вы знали, вы не забирали эту женщину. Она в синяках ходит, избитая, некоторые жалуются в милицию, но там не всегда реагируют. То есть об этих случаях в маленьких селах, в регионах все знают.

Еще же есть жуткие случаи с девочками с инвалидностью. Они говорили, что к оскорблениям привыкли, но, говорят, нас бьют и насилуют, и нам некуда пожаловаться, Мы не можем из этой комнаты выйти, мы зависим от этого узкого круга лиц. И вот у нас даже нет реабилитационных центров конкретно для женщин с инвалидностью.

- Какие советы вы можете дать женщинам, которые пострадали от семейного усилия. Что они должны сделать?

- Во-первых, не молчать. Не бояться уходить. У нас женщины часто не уходят от насильника ради детей. Чтобы ребенок рос в полноценной семье. Но я хочу сказать, что дети, которые вырастают в атмосфере агрессии, насилия и конфликтов, редко бывают счастливыми. Это сильно отражается на психологии любого абсолютно человека.

Обязательно обращаться в правоохранительные органы. Если правоохранительные органы в течение месяца не реагируют на ваши письменные замечания, то у нас есть депутаты - представители каждого региона. Есть электронная приемная - Kattar.kg. Там можно разослать письма всем депутатам.

И если милиция не реагирует, то это же письмо отправьте в Генеральную прокуратуру, в ГКНБ.

Не молчите. Не думайте, что все наладится. Само собой ничего не наладится.

Гендерная политика Кыргызстана (23 статьи)
Как вырастить сильную, независимую и счастливую дочь. Мнения и истории
13 Июня 2024, 12:07
Тагжана Айдаралиева о STEM-образовании. И почему хотят заинтересовать прежде всего девочек
10 Июня 2024, 08:54
Наука - женского рода. Как девочки в STEM могут помочь обществу в целом
7 Июня 2024, 10:10
Есть тема? Пишите Kaktus.media в Telegram и WhatsApp: +996 (700) 62 07 60.
url: https://kaktus.media/499727