В клинике "Бикард" после операции умер мужчина. Его жена написала Садыру Жапарову
KG

В клинике "Бикард" после операции умер мужчина. Его жена написала Садыру Жапарову

Все самое интересное в Telegram

В редакцию Kaktus.media обратилась Чолпон Чоткараева. Ее муж - 55-летний Улан Чоткараев - скончался в частной кардиологической клинике "Бикард" после операции на сердце. Женщина считает, что если бы не хирургическое вмешательство, супруг бы жил. Чолпон Чоткараева утверждает, что супруг не был в критическом состоянии и на операцию в клинике их уговорили, заверив, что все будет хорошо. А после смерти Улана заговорили по-другому.

Что говорит жена умершего?

- У мужа был врожденный порок сердца. Но он в принципе с ним нормально жил. Единственное, в прошлом году Улан перенес COVID-19, после этого у него пошли чуть-чуть осложнения, что ли. У него одышка появилась. Но он нормально ходил, возил ребенка, по дому все делал. Жил обычной жизнью.

Когда мы пошли к лечащему врачу, она сказала, что желательно сделать операцию и заменить митральный клапан. Мол, качество жизни улучшится. Она нам предлагала на операцию ехать за границу. Мы с мужем задумались. Потом так получилось, что в феврале на плановую проверку мы пошли в "Бикард". Эту клинику нам порекомендовали друзья, потому что там их маме сделали операцию.

Принял нас в "Бикарде" врач Т. Он сказал, что у Улана такой хороший возраст - 55 лет - не 60 и не 70. И в таком возрасте желательно сделать операцию. На вопрос, делают ли такие операции в этой клинике, Т. сказал, что это довольно распространенная операция для них, мол, они делают и через три дня пациента переводят из реанимации в общую палату и максимум через неделю - 10 дней уже выписывают домой. А через месяц уже можно ходить в тренажерный зал.

Потом я начала с мужем разговаривать. Раз врачи советуют, то надо сделать операцию.

Еще почему нас врач Т. подвигнул на эту операцию? Он сказал, что в противном случае Улан проживет максимум пять-десять лет.

Мы подумали-подумали. А муж как раз на тот момент был дома. Контракт у него должен был быть в сентябре. Я говорю: "У тебя как раз работы нет. Может, сделаем операцию и до сентября реабилитируешься, будешь в нормальном состоянии". Улан согласился. Мы положили его в "Бикард". Дней восемь его лечили. Как сказали медики клиники, готовили мужа к операции.

На мои вопросы, все ли нормально, говорили: "Да. Анализы хорошие. Мы его подготовили, будет все хорошо".

Совершенно ничего не подозревая, Улан сам пошел на операцию. Мне сказали, что они закончат через пять-шесть часов и тогда мне можно будет прийти.

Из операционной выходил врач Т. Он сказал, что все прошло хорошо, но добавил, что разрез еще не закрыли, мол, кровь не загустела. Врач пояснил, что перед операцией кровь разжижают и потом ждут, когда она придет в норму. Мне сказали идти домой и что мне позвонят.

Я поехала домой. Не успела я доехать, мне позвонили из клиники и сказали приехать. Я приехала. Вышел главный хирург. Они с врачом меня встретили и стали говорить, что все хорошо прошло, но Улан еще не пришел в себя. Я спросила, подождать ли мне. Но они ответили, что нет, мол, приходите завтра.

Зачем меня вызвали, я не знаю. Единственное, мне сказали, что у мужа, оказывается, были проблемы с печенью. Но вроде сейчас она нормально работать должна, как и почки.

Сказали, что операция прошла так, как было запланировано. И все! А ждать не надо, потому что Улан, скорее всего, еще до завтра не проснется. Уехала я домой. Утром прихожу, мне говорят, что муж так и не пришел в себя. На вопрос "Почему?" сказали: "У него все-таки был слабый организм". Хотя мне показывали анализы на их компьютере и заверяли, что все нормально и все показания к операции есть.

Я спросила, когда Улан проснется. На что получила ответ, что в клинике были случаи, когда люди после операции по месяцу не приходили в себя. Мне даже фотографию показали женщины, которая так долго не приходила себя, а сейчас живет прекрасно в Стамбуле, откуда она приезжала на операцию. Сказали, чтобы я не переживала.

На следующий день я зашла к мужу. Он ничего не видел и не слышал. Получается, не проснулся после операции. Как в коме. Но мне говорили, что это не кома. Будто бы предкома. Нормально не говорили. Я забила тревогу.

У Улана старенькая мама. Ей 81 год. И мы не сказали, что он на операцию пойдет, потому что она была бы против. Думали, после операции, когда лучше станет, приведу и расскажу. И сам Улан никому говорить не хотел, чтобы не перепугались.

Муж десять дней пролежал в этом состоянии. Потом сказали, что он уже все...

Мы так и не поняли, что произошло и почему это произошло. В клинике мне говорили лишь: "Он был слабый. Вы поздно пришли на операцию. Надо было лет пять назад". Я говорю: "А зачем вы тогда его взяли? Улан жил бы хотя бы эти пять лет еще". Молчат.

Была ли это врачебная ошибка или что? Не знаю.

Сначала говорили, что все нормально работает. Потом стали заявлять, что органы не подключаются: то у него якобы почки, то печень... После того как Улана отключили от аппарата искусственного сердца, у него давление стало падать. Падало, падало, и все...

Дети в шоке. Говорят, что так бы папа успел нам последнее слово сказать. Мы не думали и не гадали, что такое может случиться. Нас уверили, что это плановая операция. А мы поверили. Клинику все хвалят.

Я писала письмо на имя президента, потом в Министерство здравоохранения. Письмо-претензию написала в "Бикард", чтобы они восстановили материальный и моральный ущерб. На операцию нам пришлось занять денег. Человека нет. За что они деньги получили? Там говорят, что сделали все, что нужно.

Почему они не сказали ни слова, что может быть хоть один процент опасности летального исхода? Ни слова не сказали. Лишь уверяли, что вообще не нужно переживать. И 80-летним делали такую операцию, и они нормально переносили.

Если бы сказали про риски, мы бы не пошли, конечно. У нас были планы. Сын должен был жениться.

Родственники настояли, что по кыргызским обычаям вскрытие не проводят. А я была в сильнейшем шоке. Потом все завертелось. Быстрее нужно было договариваться в похоронным бюро. Я ничего не соображала. Мы не пошли на вскрытие...

Я еще раз повторю: муж пришел туда своими ногами. Он был адекватный, все было нормально. А теперь в клинике пишут, что он пришел слабым. Причем мы просили распечатать анализы, чтобы можно было проконсультироваться с другими врачам, но они не дали.

Хотелось бы предостеречь других. Мы им верили на 100%. Возможно, есть и другие пострадавшие от действий сотрудников клиники.

Что ответили в аппарате президента?

Там письмо Чолпон Чоткараевой спустили в Совет безопасности, те спустили в Министерство внутренних дел. А оттуда в УВД Октябрьского района, на территории которого находится клиника. Ведется досудебное производство.

Что ответили в Министерстве здравоохранения?

В ведомстве создали комиссию и провели служебное расследование. Комиссия пришла к выводам, что показания к операции были обоснованы, противопоказаний не было. Заболевание Улана Чоткараева относится к тяжелой форме порока сердца, оно было на третьей стадии. "Больной и его родственники перед операцией были предупреждены о риске оперативного вмешательства", - утверждают в Минздраве и соцразвития.

Что говорят в клинике "Бикард"?

Там утверждают, что Улан Чоткараев обратился в центр за медицинской помощью будучи в тяжелом состоянии. С жалобами на одышку, чувство удушья в покое, усиливающееся при любой физической нагрузке, общую слабость, быструю утомляемость, чувство дискомфорта в области груди, а также с жалобами на постоянные перебои в работе сердца. Со слов пациента, с детства часто болел ангиной, имелась острая ревматическая лихорадка, которой страдал с 10-летнего возраста с периодической госпитализацией. Мерцательной аритмией страдал на протяжении многих лет.

Пророк сердца (критический стеноз МК) выявлен много лет назад, было рекомендовано оперативное лечение.

Общее состояние было тяжелым, обусловленным клиникой заболевания. Состояние требовало незамедлительного хирургического вмешательства. "Уверены, что в любом другом медицинском учреждении Чоткараеву было бы рекомендовано оперативное вмешательство", - отметили там.

Заявление Чолпон Чоткараевой о незнании возможных последствий операции в клинике посчитали "необоснованным и неподтвержденным", так как кардиохирурги рутинно объясняют и предупреждают обо всех возможных исходах проводимых операций. Было подписано согласие на операцию, в котором Улан Чоткараев подтверждает, что был предупрежден обо всех неблагоприятных исходах операции, к которым относится и смертельный исход.

"Врачи сделали все возможное, чтобы спасти жизнь пациента, все проводимое лечение соответствует нормам и стандартам современного подхода к лечению пациентов с подобным диагнозом. Со стороны наших врачей никаких ошибок при диагностике, операции и послеоперационном лечении пациента нет. - сообщили в клинике.

Есть тема? Пишите Kaktus.media в Telegram и WhatsApp: +996 (700) 62 07 60(Бишкек)
url: https://kaktus.media/439637